Мистицизм
Мистика в средневековой христианской философии
Своеобразной реакцией на рационализацию средневековой европейской философии явился мистицизм (от греч. Mystikos — таинственный, сокровенный). Его суть состояла, прежде всего, в дуалистическом видении мира. «До сих пор античность не знала принципиального противопоставления нематериальности и материальности.
В христианстве впервые прорисовалась альтернативность этих двух понятий». Существование «сверхприродного» Бога — духовно, тогда как бытие природы материально. Между Богом и природой разверзнута непреодолимая пропасть. Поэтому запредельное Божество всегда есть великая тайна, недоступная ни чувственному восприятию, ни разумному истолкованию. Отсюда вторая важнейшая черта мистицизма — допущение возможности непосредственного сверхопытного и сверхразумного постижения Бога.
Мистицизм, как и рационализм, пронизывает всю историю средневековой философии. Любопытно, что при всей взаимной оппозиционности направлений каждое из них нуждалось в другом. Дело в том, что, согласно господствующей христианской парадигме, активность разума задается мистической целью — раскрыть потустороннюю миру божественную сущность, а мистическое учение, между тем, пользуется логикой, чтобы обосновать и доступно выразить свое содержание.
Странный, на первый взгляд, симбиоз разума и мистики, присущий европейской средневековой философии, объясняется ее происхождением из двух разнородных источников — античного теоретического наследия, где доминировал рационализм, и Священного писания, тексты которого вобрали в себя спонтанно складывающийся опыт религиозной жизни, существенным моментом которого было общение с божественным Абсолютом.
Следует отметить, что мистицизм средневековой европейской философии формировался в условиях очень большой институциализации церкви. Естественно, приоритет получали коллективные формы духовной практики типа литургии.
Строгая организация церковной жизни в свою очередь порождала потребность в канонизации вероучения, в его изложении в общепринятых формулировках. Так возник Символ веры, а христианское учение было сильно догматизировано. Все это затрудняло развитие индивидуального опыта. Вот откуда двойственное отношение церковных деятелей того времени к мистике. Хотя она солидно представлена в системообразующих постулатах средневековой европейской философии, ее же объявляют ересью, стоит только чуть отойти от канонизированных положений. Здесь коренится и разгадка удивительной антиномичности христианской культуры, где Бог противопоставляется миру, человек — природе, разум — персональному духовному опыту, а вера — разуму.
Отправными пунктами формирования мистического направления в средневековой европейской философии послужили принцип откровения и учение неоплатоников об экстазе. Откровение понимается как прямое созерцание Бога, который нисходит к человеку, просветляя до самоочевидности собственную природу.
В свою очередь экстаз мыслится как отрыв души от тела и ее слияние с Единым. Экстаз является кульминацией сильнейшего переживания, когда неожиданно наступает божественное озарение и душа непосредственно созерцает Единое, одновременно сознавая смысл своего существования. Согласно Плотину, путь к Единому — Богу предполагает освобождение человеческой души от земных забот и суетных влечений, определяемых ее связью с материальным миром. Кроме того, важно предельное сосредоточение на божественном бытии. Результатом является выход человека за границу собственной индивидуальности и растворение персонального сознания в Боге.
